Гэрет Уильямс. Темное, кривое зеркало

Фаза 2. Смерть плоти, смерть мечтаний

Глава 5. Добрый старый «Вавилон»

Часть 3

"A Dark, Distorted Mirror" © 1997-1999 by Gareth D. Williams, LWA97GDW@sheffield.ac.uk
Перевод © 2002, Сергей Зайдуллин

[Часть 2]


* * *

      ТЬМА… полное отсутствие света, сила, идущая из мертвых миров на Рим, сущность души, всепожирающая сущность, что подминает, пожираёт всё по мере своего продвижения, гниения и рассеивания…
      Тьма может иметь множество различных форма, маленьких и больших. В последнем оплоте человечества, на Проксиме 3, тьма скопилась в множестве мест, проникая сюда по гораздо большему количеству путей, чем можно было бы представить. Тьма была и в отсутствии света, и в испорченной душе одного человека. Одного из многих развращенных.
      Рональд Квантрелл был ничтожеством. Некогда талантливый, перспективный политик, он стал одним из многих, кого поглотила тьма минбарского разрушения Земли. Так и не примирившись с его последствиями, он пал и теперь занимал незначительную должность в Министерстве информации, ненамного выше обслуживающего персонала, вечно преследуемый ночными кошмарами.
      Его сон был беспокоен, также как и обычно, но скоро он будет спать мирным сном мертвеца.
      Сверкнул нож, и больше он уже ничего не увидел.
      Тьма… душа одного человека. Одного среди многих.
      Донн посмотрела на умирающее тело и улыбнулась, неспешно снимая перчатки, опасность быть обнаруженной её не беспокоила. Она также была потрясена уничтожением Земли, но её личная тьма пришла намного раньше. Как сильный и одарённый телепат Донн участвовала в операциях, о которых знали очень немногие, её привлекали удостовериться, что они не разгласили эту информацию.
      Она росла как убийца, росла подобно духу смерти. Здесь не было никого из Пси Корпуса, только Бестер, которого она признавала только на словах, но он был за многие световые годы отсюда. Здесь были только Кларк, Уэллс и другие, кого она игнорировала. Не кого-то конкретно, а их всех.
      Квантрелл умирал, и, соединив свой разум с его, Донн мягко вздохнула. Такое… чистейшее… блаженство…

* * *

      И в других местах буйно разрасталась тьма, и особенно сильно в душах тех, кто мог быть благороден, велик, кто мог бы сражаться и служить одинаково безупречно по обе стороны баррикад, и кто теперь оказался на направедной стороне.
      Капитан Декстер Смит, КЗС «Вавилон», чувствовал себя несколько неловко, занимая место, по праву принадлежащее другому. «Вавилон» был кораблём капитана Шеридана, – всегда был, и всегда будет. Возможно, когда Шеридан будет захвачен и доставлен на Проксиму, его призрак будет изгнан.
      – Есть что-нибудь от дракхов? – пролаял он. Альтернативы сейчас были вполне ясными. Убить Шеридана, уничтожить вражеское судно или захватить его, используя десант дракхов. Смита нельзя было назвать мягкосердечным человеком, но даже он считал, что лучше уничтожить корабль Шеридана, чем позволить дракхам захватить его.
      – Всё ещё ничего, сэр – ответила лейтенант Стоунер. Смит посмотрел на нее. Было в ней что-то, что… беспокоило его в последнее время, но будь он проклят, если знаёт что именно. Время от времени у него возникала мысль, проверить её личное дело, но что-то всегда его удерживало. Однако, лучше она, чем Франклин. Франклин служил здесь с Шериданом, и его лояльность была несколько… под подозрением.
      – Двигатели повреждены, сэр, – неожиданно сказала она. – Один из реакторов не выдержал перегрузки. К счастью он не взорвался, но медлаб переполнен. Франклин спустился посмотреть, не может ли он чем-то помочь. Когда-то он учился на врача.
      – А как корабль Шеридана?
      – Всё ещё достаточно боеспособен, – ответила она. – Их прыжковые двигатели не работоспособны, но кроме этого…
      Смит смотрел на неё, пытаясь понять, что его в ней беспокоило. – Отправляйте эскадрилью Гамма. Может, они смогут…
      – Да, сэр, – подтвердила она раньше, чем он закончил.
      Вот оно… Грандиозное открытие в лейтенанте Стоунер, – если это было её настоящее имя, – то, что беспокоило его. Одно слово:
      Телепат!

* * *

      Пилот-лейтенант Ниома Конналли боролась с желанием бросить что-нибудь подальше. У неё, правда, не было под рукой ничего подходящего, но все же… Наблюдались очевидные признаки радиационного поражения, но врачи были заняты другими пациентами и были не в состоянии сделать ещё что-либо в дополнение к наркотическим инъекциям и нескольким регенерационным пластырям на ожогах.
      Она… вспомнила сражение. Она вспомнила своё безумие и чувство… дракхи были на борту. Она на мгновение потеряла внимание, и едва успела спасти свою жизнь. Автоматические системы «Пармениона» сумели доставить её на борт… она думала…
      Какое-то жужжание раздавалось в задней части её черепа, почти шепот. Она словно видела лицо дракха, мерцающее перед нею.
      Мы… пришли…
      Конналли упала на койку. Она чувствовала их, слышала их… почти ощущала их.
      Мы… пришли…
      Она поняла это, как только один из них появился перед глазами, протянув к ней свои длинные, тонкие руки. Она чувствовала медиков, потрясённо застывших где-то в стороне вместе с теми пациентами, кто был способен передвигаться.
      Ты… будешь…
      Она не собиралось ждать, пока это закончится. Инстинктивно, не понимая, что делает, она порылась в карманах своего лётного комбинезона и вытащила шар. Обычно тот время от времени менял свой цвет, но сейчас он был синий, невообразимо насыщенно синий. Она держала его перед собой, позволяя ему успокоить себя. Дракх увидел его, а затем издал крик, среднее между плачем и просьбой о помощи. Затем он убежал.
      Затем, когда шар стал тянуть её, Коналли заметила, её раны и боль утихли. Это было важно.
      … Дракхи…

* * *

      Враг – это не то, что мы думаем, не то, что мы видим. У зла множество лиц, лица эти не всегда уживаются и редко действуют заодно. Иногда зло даже борется против самого себя, но разве это делает его менее злым? Никакого доверия злу. Только так вы останетесь в живых. Зло… самое большое зло приходит не со звезд, не из Тьмы, а из сердца и из души.
      Я предвижу это. Оно ни приятно, ни желанно, но будущее показывает себя слишком неохотно, и только отдельные фрагменты без какой-либо заметной связи.
      Наши народ стоит на краю пропасти. Один человек… одно слово могут столкнуть нас либо спасти. Наша гибель кроится в нас самих, но она всё же может быть предотвращена.
      Я вижу три шанса; три шанса, что могут спасти нас либо проклясть навеки. История меняется, дрейфуя между различными возможностями. Не все, что я вижу, будет именно таким, но это я вижу… это будущее мне дозволено увидеть.
      Первый, дорога к вершине, проложенная кинжалами. Один шаг из вторых в первые – такой короткий, но многие пали, пытаясь сделать его. Чтобы спасти наш народ, этот шаг должен быть сделан, не тем, кто желает возвыситься, а тем, кто боится упасть. Помните это. Короткий шаг, но гораздо более тяжелый, чем может показаться.
      Второй, есть глаз, который не может видеть, но есть также слепой глаз, который может видеть. В царстве слепых, должен править одноглазый. Чтобы спасти наше царство, слепой, что видит, должен уступить своё место. Помните это. Смотреть и не видеть – наше самое большое проклятие.
      Третий и последний…, если первые два не смогут спасти нас, он сможет, но цена… цена будет настолько велика, что сделает спасение практически ничего не стоящим. У всех нас есть свои страхи. Иногда победа наших страхов приносит и нам победу. В других ситуациях, наши страхи должны быть отринуты… независимо от цены. Помните это. То, что приносит нам победу, не всегда приносит нам спасение.

      Лондо Моллари сел. Он уже в четвертый раз слушал запись, но она не становилась более понятной. Последнее пророчество леди Мореллы, очевидно записанное не более чем за час, до того как она послала за ним, и незадолго до её зверского убийства.
      Ленньер отсутствовал, искал попутный транспорт, и Лондо был рад этому. Он долго думал, показать ли ему запись, – минбарцам приходилось иметь дело с пророчествами, – но всё же решил этого не делать. Это не только бы неизбежно повлекло за собой раскрытие его связи с мистером Морденом, но показало бы некоторые… трещины в его обществе. Леди Морелла была права, когда сказала, что они все стоят на краю пропасти.
      Он подумал, как долго ещё не будет Ленньера. Достаточно долго, вероятно. Он вновь вставил инфокристалл в рекордер.
      Враг – это не то, что мы думаем, не то, что мы видим. У зла множество лиц, лица эти не всегда уживаются и редко действуют заодно…

* * *

      Мгновение… остановилось. Джон Шеридан смотрел через весь мостик прямо на чудовищных чужаков. Он видел, что несколько членов экипажа повернулись к ним спиной в стремлении убежать… от почти примитивного ужаса, производимого их присутствием. Шеридан знал, что они чувствовали. Он чувствовал тот же самое и все же не двигался. Ненависть удерживала его на месте.
      – Шеридан… – прошипел один из них. Голос был… ужасен. Он внушал абсолютный ужас. И все же все Шеридан не двигался. Его ППГ был в кобуре, но он не доставал его. Он просто сидел и смотрел прямо на монстров.
      Один из техников, что пытался убежать, вдруг закричал, дав выход своему страху. Небрежно, движением, которое показалось… слишком резким, один из дракхов поднял руку. Маленький синий шар вспыхнул и тут же взорвался подобно молнии, техник упал, зловоние горелой плоти повисло в воздухе.
      – Шеридан… подойди… или умри…
      Медленно, почти не осознавая, что делает, он встал, его рука, скользнула вниз к оружию, как будто он только что помнил о нём. „Я не буду стрелять в моих соотечественников,“ – так он сказал, но они не были его соотечественниками. Они были не лучше Теней. Возможно даже хуже.
      Четыре дракха медленно пошли вперед, вокруг ограждения мостика, к нему. Техники разбежались прочь от монстров из их ночных кошмаров. Даже Корвин отшатнулся со страхом на лице. Дракхи игнорировали их, и их намерения.
      В проеме разрушенной двери показался силуэт. Не дракх, – это был человек, – но на краткое мгновение, он был почти похож на одного из них…
      Один из дракхов обернулся с быстротой, неожиданной для такой большой и нелепой фигуры. Шеридану показалось, что он увидел беспокойство на его лице…
      Яркая вспышка света. Обернувшийся дракх упал, его тело разлетелось на куски, испускающие ужасный кислый запах, который практически обжёг ноздри Шеридана. Он не обратил на это внимания, стремительно выхватывая ППГ и открывая огонь. Передний дракх отдёрнулся назад, по-видимому, не задетый. Шеридан укрылся за ограждение, обрушив на дракха целый ливень огня. С каждым попаданием тот отдёргивался назад.
      Взгляд Шеридана был устремлён только на это существо, почти парализованное его огнём, но он видел и кое-что ещё. Лицо Деленн, картины смерти на Казоми 7, минбарцы, страдающие и умирающие от их рук, надежды и будущее человечества.
      Наконец дракх упал, его тело развалилось подобно первому. Шеридан оглядел мостика, все смотрели только на него. Два других дракх были мертвы. Корвин с ППГ в руках отдыхал, прислонившись к стене мостика. В дверном проёме с таким же, как у дракхов, синим шаром в руках стояла пилот-лейтенант Конналли. Она выглядела… истощённой.
      – Я не знаю, что случилось, – проговорила она. – Оно… просто… казалось, текло через меня. Оно… просто…
      Шеридан покачал головой. Время для тайн ещё не пришло. – Сколько ещё этих на борту? – пролаял он, глядя на пятна желчи и кислоты, все, что осталось от четырех… существ.
      – Ни одного, сэр, – ответил Гуерра. Он не покинул свой пост, хотя все ещё выглядел потрясённым. – Ко'Дат загнала остальных в шлюз и выбросила их в космос. Эти четверо должно быть были далеко от нее.
      – Ха. Я думаю, их конец был более приятным. Я предпочел бы быть разорванным на куски, чем встретиться с рассвирепевшей Ко'Дат. Что с кораблём?
      – Прыжковые двигатели, наконец, готовы. Корпус более или менее цел. Часть орудий все ещё неисправна.
      – А «Вавилон»?
      – Двигатели выведены из строя. Большинство орудий тоже. Я думаю, они рассчитывали на победу дракхов.
      – Хорошо. Откройте ворота. Уводите нас отсюда.
      – Но… капитан? – Это был майор Кранц, третий офицер. Человек Бестера от начала и до конца.
      – Я не буду уничтожать их. Я не буду убивать своих соотечественников.
      – Приказ мистера Бестера…
      – Ничего не говорит об уничтожении моего собственного корабля, майор. И поверьте мне, у нас ещё будет серьёзный разговор с Бестером обо всём этом. А пока, забирайте «Старфьюри» и уводите нас отсюда, мистер Гуерра.
      – Да, сэр.
      Шеридан сел в кресло и попытался игнорировать кислое зловоние убитого Дракха. Он повернулся кругом, чтобы посмотреть на Конналли, но она ушла. Хорошо… время вопросов ещё не настало. В любом случае её синий шар, похоже, работает точно так же против дракхов, как и они сами. Время вопросов ещё не настало. Сейчас он просто хотел убраться отсюда как можно дальше.
      Он обсудит это дело с Бестером позже. О да, главное слово здесь – позже. Определенно.

* * *

      – Они ушли, сэр, – Смит посмотрел на Стоунера, едва способный поверить в это. Они были сейчас практически беспомощны. Несомненно, Шеридан был в состоянии продолжать бой!
      – Заставите авторемонтные системы работать, – заказал он. – Основной приоритет двигателям и оружейным системам. Мы не должны быть неподвижной целью, если они вернуться. Подготовьте канал связи. Я должен сообщить об этом генералу Райену и президенту. Генерал Райен и «Утренняя Звезда» могут попасть в засаду.
      – Да, сэр, – сказала она.
      Смит не думал сейчас о разговоре с президентом, его мысли сфокусировались совсем на другом. Было ли простым совпадением то, что Шеридан появился здесь в это самое время? Почему он отступил? Изгнание призрака закончилось неудачей, и Смит чувствовал, он будет жить здесь вечно.
      „Придёт день, Шеридан. Придёт день, когда это закончится.“ – Он посмотрел на лейтенанта Стоунер, спрашивая себя, как он мог не видеть этого раньше. Мать Смита была телепатом, и хотя сам Смит не имел никаких пси способностей, он вырос среди этих людей. Их движения, их язык тела… Теперь, когда он знал, он не верил тому, что не замечал этого раньше.
      „О да, скоро придёт этот день, когда я узнаю вашу тайну. Скоро придёт этот день.“

* * *

      Шеридан был далеко не в лучшем настроении. Весь полёт от Беты 9 назад на Казоми 7 он медленно закипал, и теперь, наконец, взорвался. Не известно, что конкретно послужило поводом для вспышки, были ли это пятна там, отмечавшие места гибели дракхов, или известие о числе погибших в Сотне мамаши Ко'Дат, или возвращение на место, практически уничтоженное дракхами, но теперь он просто бушевал от ярости. И только письма, которыми он за эти дни просто завалил Казоми 7, удержали его от намерения направиться прямиком в Приют и разорвать Бестера на мелкие кусочки.
      Наконец, лицо Бестера появилось на экране коммуникатора. – А, капитан, – сказал он, улыбаясь. – Извините за задержку, я был на встрече. Но знаете, обсуждение результатов вашей миссии могло бы подождать до…
      – Вы знали, что там будет «Вавилон».
      – Вы о чём это?
      – На Бете Девять. Никаких кораблей дракхов. Никакого центра снабжения. Только «Вавилон». Земной корабль. Корабль с моими людьми! Вы знали, что он будет там!
      – Капитан Шеридан, я думаю, вы переоцениваете мои умственные способности…
      – Ничуть нет. Почему вы послали меня? Вы могли бы послать Бен Зайна. Вы знаете, что сейчас я патрулирую район Казоми Семь, а Бен Зайн всегда занимается вашими текущими проблемами. Единственная причина, по которой вы могли послать меня, – вы знали, что там будет «Вавилон». Никто не может использовать меня, мистер Бестер, даже вы.
      – Капитан, я понимаю ваше нежелание воевать против своих соотечественников. Я даже разделяю его. Это правда… но факт в том, что идёт война. Темная и ужасная война, которая, если верить Г'Кару, только предвестница ещё более ужасной. Сейчас любая наша победа – это шаг к предотвращению этой новой войны. Я намерен не только выжиьт в этой войне, но и стать сильнее. Чтобы добиться этого я должен использовать все средства, что есть в моем распоряжении, только тогда я буду готов к любым неожиданностям.
      – Это война, капитан! Вы будете сражаться с теми, кого я вам укажу, и убивать тех, кого я вам прикажу. Вы поняли меня?
      – Абсолютно. Только в духе нового понимания… если вы ещё раз сделаете со мной что-либо подобное, я свяжу вас и выброшу из ближайшего шлюза. Вы поняли меня?
      – Вы слишком напряжены, капитан. Я порекомендовал бы вам немного отдыха или возможно Люри Литзи? Оставайтесь на орбите Казоми Семь и продолжайте выполнять свои патрульные обязанности. Связь закончена. Из Приюта.
      Шеридан сел, чертыхнулся. Он был слишком возбуждён, нельзя было так разговаривать с Бестером. Он знал то, что сказал Бестер, было правдой, но… «Вавилон» был его кораблём, его экипаж… Видеть его в одной компании с… этими… видеть его, сотрудничающим с такими как дракхи, видеть, как его используют, чтобы… чтобы стрелять по нему…
      Он встал и отправился к техникам посмотреть, как выполнен ремонт.

* * *

      Бестер сидел, подперев голову рукой. – Вы слышали?
      – Я слышал, – ответил Ари Бен Зайн. Он и в лучшие времена редко бывал в хорошем настроении, а сейчас его хмурую мину подчеркивал длинный, рваный шрам, что заставляло его выглядеть ещё более сердитым, чем обычно. – Я всегда говорил, что связываться с ним было ошибкой. Вы должны были оставить его на Проксиме.
      – Он развязал мне руки, когда принял Парменион. Сейчас он так же необходим, как и мои перчатки. Кроме того, мой партнер… одобряет его.
      Бен Зайн фыркнул. – Вы знаете, что я о нём думаю.
      – В настоящее время он – полезный инструмент. Они оба. У Г'Кара есть ресурсы, которые я даже не могу вообразить. Пока что мы нуждаемся, и в нем, и в Шеридане. Позже… да, всё изменится.
      – Если вы так говорите. – Капитан выглядел не слишком убеждённым.
      – О, да. Так и будет.

* * *

      Деленн сидела, нежно улыбаясь. Девушка бракири, что в течение недель пролежала в коме, уже достаточно пришла в себя, чтобы сегодня начать ходить. Маленькая победа, но всё-таки победа. Впервые после вторжения она почувствовала надежду на будущее своих подопечных. Этого было почти достаточно, чтобы забыть собственную боль. Верно, это человеческое тело забирало сполна за свои щедроты. Она была благодарна тому, что имела здесь друзей и определённую цель.
      За спиной раздались шаги. Ей не нужно было оглядываться. Она и так знала, кто это был.
      – Ты… чем-то занята? – спросил он.
      – Просто отдыхаю, размышляю… удивляюсь, – ответила она. Она не спрашивала, как прошла его миссия. Она чувствовала, что он не хочет говорить об этом.
      – Не будешь возражать, если я присоединяюсь?
      Она улыбнулась. – Пожалуйста.
      Джон присел рядом с ней. Медленно, нерешительно он обнял её. Все ещё улыбаясь, она улеглась в кольце его рук, положила ему на плечо голову.
      Было тихо и спокойно, в то время как вся остальная галактика продолжала свой непрерывный бег. Мгновение мира – это было всё, что они могли бы попросить, и это было всё, что они, вероятно, когда-либо получали.

* * *

      Одной… из… нас… Ты будешь… одной… из… нас…
      Ниома Конналли беспокойно металась во сне. Официально она все ещё была на больничном, поправляясь от ожогов, радиоактивного поражения и стресса. Её дракхский кристалл, – она думала о нём как о кристалле, несмотря на их малую схожесть, – был всё ещё с нею, но только пока. Капитан сказал, что отправит его в Приют доктору Киркиш, для изучения. Она, вероятно, была единственным человеком, кто мог что-нибудь знать о нём. Конналли не знала, что это, но оно говорило с неё в её снах, так что она была наполовину рада, а наполовину испугана этим. Одной… из… нас… Ты будешь… одной… из… нас…
      Она провалилась в глубокий, но беспокойный сон.

* * *

      А в тёмной бесконечности пространства плыл импровизированный флот землян. Окруженный дракхскими союзниками, он представлял одновременно их ужас и величие. На один шаг ближе к Минбару – каждый день.
      На один шаг ближе.


Редактор: Витек
 
Ваши замечания по данному материалу просьба присылать в
редакцию
 
Последнее изменение: 1 августа 2002 г.
Rambler's Top100