Гэрет Уильямс. Темное, кривое зеркало

Фаза 2. Смерть плоти, смерть мечтаний

Глава 4. Долгая борьба

Часть 1

"A Dark, Distorted Mirror" © 1997-1999 by Gareth D. Williams, LWA97GDW@sheffield.ac.uk
Перевод © 2002, Сергей Зайдуллин


* * *

      Я смотрю в пропасть и не могу оторваться, я вспоминаю слова, что были сказаны так давно, но которые имеют так много общего с моим настоящим. Когда ты пристально смотришь в пропасть, пропасть смотрит на тебя в ответ.
      Иногда, когда мой разум успокаивается, я удивляюсь тому, что делаю. Но потом я вспоминаю, почему я это делаю. Минбарцы убили моих соотечественников. Они разрушили мою родную планету, мои мечты… наши мечты. Они отобрали у нас Землю, а затем Орион 7 и Альянс Пояса, и они пытались отобрать Проксиму. Они потерпели неудачу, и теперь мы… по крайней мере, у нас есть возможность дать сдачи.
      Прошло несколько тяжелых месяцев со Второго Рубежа. Все это время у меня бывало не больше двух часов на ночной сон, и все же я чувствую себя полным сил… И более воодушевленным, чем за все эти годы. Интересно, что Мардж думала бы обо мне сейчас… Это конечно риторический вопрос. Она мертва уже одиннадцать лет.
      И это все я делаю для нее. Для нее, для моих детей… для всех жен и детей. Мы никогда не будем в безопасности, пока жив хотя бы один минбарец. Никто не будет, итак… мы объявляем им войну.
      На этот раз все будет иначе. Мы изучили технологию, спасенную с их разрушенных кораблей, и соединили ее с нашей собственной. Нарны просили дать и им доступ к этой технологии. Их война с центаврианами идет не так хорошо, как им бы хотелось. Тем лучше. Чем дольше они заняты, тем более сильными мы станем. Они воспользовались нападением минбарцев, чтобы поработить нас, но теперь… теперь у нас есть сила. Мы не будем ничьими рабами.
      И конечно, у нас есть технологии, что дали нам наши союзники. Тени. Я… Нет… сейчас не время и не место, чтобы думать о них.
      Я волнуюсь. Я могу быть таким только наедине с собой, конечно. На публике я должен быть сильным. Я - Президент, лидер человечества, тот, кто поведет наc в будущее. Я знаю, что уже поздно, но я все еще не получил сообщения от капитана Смита. Я сомневаюсь, что смогу заснуть, пока это не произойдет.
      Он – там. Они – там… это – начало.
      Я боюсь…

      Морган Кларк, Президент Правительства Сопротивления Человечества.
      Личный дневник, 17 июня 2259 года.


* * *

      Ожидание… ожидание… каждая секунда кажется вечностью…
      Капитан Декстер Смит обнаружил, что барабанит пальцами по подлокотнику кресла, и немедленно остановился, разгневанный этими признаками нетерпения. Было ли это только нетерпение? В воздухе было что-то такое… все это было ирреальным. Это был не его корабль, не его мостик, не его кресло.
      До падения Земли перемещение и продвижение по службе были обычным делом. Люди имели возможность работать на большом количестве кораблей, осваивая различную технику и условия службы. В последние одиннадцать лет все изменилось. «Вавилон» был одним из немногих уцелевших тяжелых эсминцев, и единственным, оставшимся в руках землян после падения Ориона. «Вавилон» стал синонимом капитана Джона Шеридана, здесь все вращалось вокруг него. Даже притом, что тот пропал уже более чем шесть месяцев назад, дух его все еще присутствовал на корабле, на мостике, в этом кресле…
      Смит встал и начал выписывать круги по мостику, но легче от этого ему не стало. Не имеет значения, сколько времени он провел здесь, это был мостик Шеридана. Он, прибывший сюда, чтобы командовать этим экипажем… экипажем Шеридана… он испытывал здесь дискомфорт. Почти такой же, как от чужой одежды. Шеридан был здесь всюду.
      Джон Дж. Шеридан Старкиллер, герой, лидер, символ… предатель.
      Смит не знал подробностей о причинах, по которым Шеридан улетел c Проксимы 3, – их никто не знал. Официальная версия гласила, что он был подкуплен сатаи Деленн, его минбарской пленницей, и сбежал с нею назад на Минбар. Истории тех из членов экипажа, кто загадочно вернул «Вавилон» на Проксиму, не подтверждали этого, но они также и не объясняли, где все это время был «Вавилон». Поскольку человечество находилось на военном положении и подвергалось опасности, Смит не был удивлен плотной завесой секретности. Сам по себе факт предательства Шеридана был достаточно плох, учитывая, что тот в течение многих лет олицетворял надежду землян на выживание.
      Смит прекратил расхаживать по мостику, понимая, что показывает свое беспокойство экипажу. Оставалось несколько человек из старой команды Шеридана, но большинство были новичками, только что прошедшими обучение, или отобранными из Сил Самообороны Проксимы или Службы Безопасности. Их было на удивление много. Также удивительно много осталось в живых высокопоставленных офицеров земных сил. Ох, значительное число выдающихся офицеров было мертво – генерал «Громовержец» Франклин умер на Орионе, Джек Мейнерд на Марсе, Эллис Пирс, Сандра Хидоши… Уильям Хейг убит на Втором Рубеже… Однако многие были все еще живы. Что сказал генерал Хейг в один из своих наиболее пессимистических дней? «Мы не можем иметь достаточно кораблей, или достаточно союзников, или достаточно оружия, но мы имеем множество капитанов.»
      Так почему же, Смит не удивлялся тому, что находился на этом мостике? Это было, по меньшей мере, важное задание. «Вавилон» был переоборудован, перестроен с использованием минбарских и… других чужих технологий, но самое большое испытание пришло теперь. Посмотрим, можем ли мы взять минбарский крейсер в честном бою без капитана Шеридана за штурвалом.
      Смит был далек от основных секретов командования, но он знал, что президент Кларк планирует начать войну с минбарцами. Хотя они и были ошеломлены разгромом на Втором Рубеже, но они все еще могли восстанавливаться гораздо быстрее чем люди. Если эта война когда-нибудь начнется, то люди будут нуждаться во флагманском корабле, способном возглавить наступление. Сейчас строились другие корабли, финансируемые за счет огромных средств, полученных Правительством Сопротивления от нарнского правительства в обмен на поврежденные корабли минбарцев, но «Вавилон» будет всегда для человечества символом.
      Так почему Смит находится здесь сейчас? Он был относительно неизвестен, по сравнению с такой выдающейся личностью как Шеридан, и даже по сравнению с множеством его современников. Так почему же именно Смит находится здесь сейчас? Он не был даже относительно известен, не был такой выдающейся личностью как Шеридан или даже множество других его сверстников. Генерал Такашима командовала «Вавилоном» на Втором Рубеже, но ходили слухи о… нарушениях… в ее способностях. Они были приписаны неопытности и боевому стрессу, и она была отстранена от должности. Майор Райен тем временем получил звание генерала после смерти Хейга, но было еще множество других…

      Стоп! Президент Кларк выбрал меня лично. Он, очевидно, считает меня подходящим человеком, и я не могу позволить ему разочароваться. Я не могу позволить человечеству разочароваться.
      Смит плохо знал Шеридана. В Академии между ними была пара лет разницы, и Смита всегда обижало ослепительное возвышение более молодого товарища, но в то же время он восхищался его мастерством. Они, конечно, не были друзьями, но все же… имелся определенный дискомфорт.
      Информация, полученная из источников, о которых Смит не хотел ничего знать, гласила, что минбарцы регулярно патрулируют границы своего пространства рядом с планетами, население которых имеет хотя бы какие-то средства для совершения космических полетов. Решение Смита было простым. Подождать в гиперпространстве признаков появления крейсера, прыгнуть и вступить в бой. Ждать, так сильно углубившись на территорию минбарцев, было не слишком хорошей идей, но она была привлекательна тем, что минбарцы конечно же не ожидают здесь нападения людей. Конечно при условии, что миссия Смита будет успешной.
      Нет необходимости все время находиться на мостике, продолжал он повторять сам себе. Сообщение о появлении минбарцев будет получено достаточно заблаговременно. Он мог бы подождать в своей каюте, отдохнуть… Не имело смысла доводить себя до сердечного приступа на мостике.
      Да, это так… Впрочем шансы отдохнуть у Смита были сейчас невелики.
      – Капитан, – громко произнесла одна из его лейтенантов, изящная блондинка, которую звали лейтенант Стоунер. Смиту не было необходимости слушать дальше.
      Появился минбарский корабль…

* * *

      Спасибо, что пришли, дамы и господа, – сказал Президент Морган Кларк после того, как сел во главе стола, за которым собрались обсудить будущее человечества. Он откинулся на спинку кресла, с видом собственного достоинства и в тоже время создавая впечатление неформальной обстановки – комбинация, которая, как он надеялся, позволит ему произвести впечатление как Президента Всего Человечества.
      Он сидел рядом с небольшой группой людей, представлявших так называемый светоч будущего человечества. Большинство из них он презирал, некоторых игнорировал. И только к нескольким Кларк испытывал некоторое уважение.
      Один из тех, кто сидел прямо напротив него. Мистер Уэллс, – Кларк спрашивал себя иногда, было ли у него имя, или только фамилия. Шеф Службы Безопасности, глава разведки и контрразведки, мистер Уэллс был, возможно, вторым по влиянию человек на Проксиме после Кларка, и Кларк не был уверен, где проходят разграничительные линии в сознании Уэллса. Шеф был умен, честолюбив и незаметен, это никогда не было хорошей комбинацией. Он также обладал знанием. А Кларк знал, что знание всегда было самой большой силой, которой можно обладать, вот почему он продолжал держать в секрете свою антипатию к Уэллсу. Без всякого сомнения, этот человек был ценным союзником, и мог быть смертельно опасным врагом, но он обладал несколько… специфическими моральными взглядами, и его личное дело не было безупречным.
      Рядом с Уэллсом, но так, чтобы находиться как можно дальше от него, сидел недавно повышенный в звании генерал Эдвард Райен, преемник генерала Хейга. Райен был военным до мозга костей, правой рукой и помощником Хейга в течение многих лет. Несомненно, одаренный человек, но с боевыми действиями знаком только на бумаге. Райен страдал от того же самого недостатка, что и Хейг – это был честный человек в окружении политиков. Хотелось бы надеяться, что Райен не подвергнется… изменениям личности, которые уничтожили его предшественника.
      Напротив Райена сидела Кэтрин Сакай, представитель Межпланетных Экспедиций. Кларк ненавидел Мегакорпорации, и так было всегда. Иногда, находясь в дурном настроении, он был даже рад тому, что падение Земли подкосило их силу. Однако многие приветствовали их возвращение и делали большие инвестиции в межпланетные концерны. МПЭ, в силу своей природы действовавшие вне Земли, сохранились, возможно, лучше других. Они были ценными союзниками Правительства Сопротивления, и их помощь позволила успешно завершить проект «Вавилон 2», доставив некоторые интересные образцы инопланетной технологии. Однако Кларк полностью осознавал, что они захотят вознаграждения. Сакай он не знал, МПЭ понесли значительные потери во время падения Ориона, но за несколько лет сотрудничества с нарнами сумели оправиться. Большинство членов их старого руководства были или мертвы или уволились к настоящему времени, тем не менее, корпорация неуклонно продвигалась к новому расцвету. Сейчас после возрождения надежды на победу людей над минбарцами они начинали выползать из своих космических дебрей.
      Рядом с Сакай сидел другой бизнесмен – Таро Исоги. Человек, сделавший себя сам, который потерял все, что имел прежде, включая и свою комфортабельную жизнь на Марсе. Однако он был упорен и восстановил многое из потерянного, расширил свой новый бизнес, используя старые и создав несколько новых направлений торговли с инопланетными культурами. Пока он не имел большого веса, но после Второго Рубежа, инопланетные правительства были гораздо больше заинтересованы в установлении связей с Проксимой. Кларк мог бы увидеть Исоги в кресле ведущего игрока уже в самом ближайшем будущем.
      Напротив Исоги, вся в черном, делая вид, что находится на недосягаемой для присутствующих высоте, сидела мисс Донн, пси-полицейский, уровень P12. Официально она помогала службе безопасности Уэллса. В действительности же, как обнаружил, но держал в большом секрете Кларк, она была послом и шпионом таинственного мистера Бестера. Бестер тревожил Кларка, хотя он и помогал Проксиме время от времени, но он имел… секреты. У него было собственное видение будущего человечества, и оно не совпадало с собственными представлениями Кларка. Имелось кое-что в манере, с какой Бестер, да и все телепаты, смотрели на Кларка… кое-что, что делало их ненамного лучше минбарцев с их высокомерием. Донн казалась достаточно приятной, но все же…
      Рядом с нею (и Кларк тихо поздравил себя, что удачно усадил его рядом с одним из немногих людей, кто мог бы создать ему дискомфорт) разместился Ка'Мак, представитель Кха'Ри на Проксиме. Нарны были хозяевами человечества со времени массового бегства с Земли и Солнечной системы. Они воспользовались беспомощностью землян и обложили их налогами, повинностями и вообще заставляли человечество буквально истекать кровью. Теперь, положение изменилось. Человечество не было таким беспомощным, и война нарнов с Центавром шла не так, как планировалось. Ка'Мак собирался потребовать помощи от новых союзников людей в этой войне. Кларк почти улыбался, думая о неофициальной встрече с послом Ка'Маком.
      И если говорить о новых союзниках людей… напротив Ка'Мака и рядом с Кларком, находилось олицетворение этих новых союзников. Посол Дэвид Шеридан.
      Кларк знал о прежней работе Шеридана в качестве дипломата, он вышел в отставку незадолго до падения Земли и как предполагалось, погиб тогда. Как он остался в живых, как стал послом Теней, что он знал о своем сыне… кроме патриотических историй… все это оставалось тайной. Кларк задавался вопросом, сколько Уэллс смог бы выжать из него. Шеридан был настоящим профессионалом, его компетенция и нюх сделали его одним из самых выдающихся дипломатов в истории Земного Содружества.
      Конечно, не было четверых из ранее присутствовавших… Генерал Хейг, разумеется, был мертв. Официальный вердикт гласил, что он был убит инопланетными агентами. Неофициально… он вышиб себе мозги. Прежний президент Мэри Крейн официально выздоравливала от долгой изнурительной болезни. А неофициально… с ядом было довольно трудно справиться. Она была гораздо удобнее живой и больной, чем как мертвый предмет истории.
      Прежний посол Теней Сьюзен Иванова все еще поправлялась от многочисленных ранений. Официально, как только она будет полностью готова, то присоединится к штату посла Шеридана. Неофициально, этого Кларк не знал…
      И оставалась еще генерал Такашима. Официально, она проходила психиатрическое лечение после шока, полученного во время ее нападения на Теней, союзников людей, на Втором Рубеже, и была поэтому временно отстранена от должности. Неофициально… Кларк присматривался к ней.
      – Дамы и господа, – произнес Кларк, наклонившись вперед. Он почти улыбался новостям, что собирался представить. Он нервничал, он был подозрителен, и он хорошо знал то, насколько все сейчас ненадежно. Но он только что получил эти новости, а это означало, что они уже известны Уэллсу, и если он не огласит их сейчас, то Уэллс сделает это сам.
      Все человечество стояло на краю пропасти и, Кларк чувствовал это, смотрело на него.
      – Дамы и господа, я только что получили сообщение от капитана Декстера Смита, с борта Корабля Земного Содружества «Вавилон». Он перехватил минбарское судно и вступил в бой.
      – … испытание наших надежд на будущее началось.

* * *

      Это должно было стать простым заданием. Смит и его экипаж отрабатывали детали этого нападения в течение многих недель. Минбарский корабль был обнаружен, и «Вавилон» вынырнул из гиперпространства…
      Старая методика борьбы с минбарцами была разработана капитаном Шериданом. Используя рой Старфьюри и сильный рассредоточенный огонь, надеяться на причинение некоторого ущерба минбарскому кораблю. Это сопровождалось бы последующим запуском нарнской термоядерной бомбы с тепловым самонаведением, которая намертво вцепится во вражеский корабль и взорвется при первой возможности, уничтожая его. Такая тактика проходила, она было опасной, расточительной, не мешала минбарцам контратаковать, но это был один из немногих методов, доступных раньше.
      Это было раньше…
      Благодаря технологиям, восстановленным по обломкам минбарских кораблей со Второго Рубежа, «Вавилон» был теперь способен вести огонь непосредственно по врагу. А огонь его орудий был теперь более мощным и продолжительным. Прыжковые двигатели «Вавилона» были более эффективны, и кроме того были установлены более совершенные защитные экраны и средства радиоэлектронной борьбы. Где они были разработаны, Смит не знал…
      Его план был прост. Цель – минбарские маршевые двигатели, использовать модифицированное оружие, чтобы вывести из строя прыжковые двигатели, но оставить корабль относительно неповрежденным. Оружейные системы должны быть уничтожены направленным огнем батареи низкоэнергетических орудий. Страфьюри прикрывали бы фланги и тыл от минбарских истребителей. В конечном счете, бортовые орудия пробили бы в некоторых местах обшивку. Хотелось бы надеяться, что корабль будет захвачен более или менее целым, с некоторым количеством пленных.
      Таков был план.
      Минбарский корабль был хорошо виден на экранах, изящный, даже красивый, и Смит сделал свой ход – шаг, который выведет человечество на дорогу его судьбы.

* * *

      Один шаг… другой… и еще один…
      Сьюзен Иванова, стараясь изо всех сил, двигалась вперед, взваливая во время отдыха почти весь свой вес на два параллельных бруса по бокам. Идти… Сейчас… один шаг… еще один.
      Бесполезно. Ноги подгибались, а руки спадали с брусьев, отправляя тело на землю. Ее приземление оказалось удачным, и это дало возможность перевести дух. Но гораздо больше, чем боль плоти, была боль позора… сознание того, что она была лишь жалкой калекой, потерпевшей неудачу в своей миссии и не способной теперь даже ходить.
      Она перевернулась на спину, мигая от неожиданно попавшего ей в глаза света. Сьюзен намеренно держала комнату тускло освещенной. Яркий свет вызывал у нее головные боли все эти дни, но даже этот тусклый свет, казалось, проникал прямо в душу. Она скривилась от боли, когда поползла к своему инвалидному креслу.
      Ей сказали, что она больше месяца была в коме. Ей сказали, что ей повезло остаться в живых. Ей сказали еще много чего, но мало что из этого она захотела услышать.
      Она многое забыла о нескольких последних часах перед комой. Многое из времени, предшествовавшего им, возвратилось к ней, но эта последняя цепочка событий…
      Вспышка… она на кровати с высоким темным бородатым мужчиной; он кричит, она убивает его, пробивая грудную клетку и сердце длинным металлическим шестом; женщина кричит; это была она или кто-то другой, телепат, телепат, которая разорвала ее сознание, раздробила ее воспоминания, повредила всю ее сущность, телепат, которая разрушила ее мысли, разрушила ее плоть, поразила ее же собственным оружием, оружием, которая она забрала у минбарки, минбарки, которую пыталась убить, но не смогла… Вспышка…
      Сьюзен Иванова открыла единственный функционирующий глаз и с проклятиями вскарабкалась в инвалидное кресло. Так, она узнала то, что уже подозревала, присущий ей русский пессимизм вновь оправдался. Ее ноги все еще не были достаточно сильными, чтобы вынести ее вес больше чем несколько шагов, даже с опорой.
      «Все хорошо, Сюзочка,» – возник в ее сознании голос. – «Ты просто слишком торопишься. Ты всегда слишком торопишься.»
      – Уходи, отец, – прошептала она, ее голос теперь был хриплым и грубым. – Ты уже давно умер.
      Но был ли он мертв? Была ли она мертва? Была ли она чем-то большим, чем призрак в центре бесконечной карусели голосов из ее прошлого, ненавистных воспоминаний, боли, которая никогда не уменьшится?
      В дверь позвонили, и она подняла голову. – Открыто, – сказала она, сама не зная почему. Единственными ее посетителями были врачи, а это не был один из них, не в это время. Возможно, новый посол Теней, наконец, пришел поздравить ее…
      Это был не он. Вошла сильная, решительная женщина в форме генерала вооруженных сил Земли. Она, казалось, заколебалась, увидев Иванову, но затем решилась.
      – Генерал Такашима, – прошептала Сьюзен.
      – Я… – Она прокашлялась и заговорила немного громче, пытаясь что-нибудь отыскать в памяти… – Я слышала, что вы вышли в отставку.
      – Временный больничный лист, – ответила Такашима. – Это… связано с моим стрессом.
      Стресс? Что она подразумевала под этим? Такашима была… так, она что-то сделала. Сьюзен не могла вспомнить что именно. Такашима так или иначе никогда не имела большого веса в Правительстве Сопротивления, но…
      Сьюзен потрясла головой. Что-то важное промелькнуло и пропало.
      – Что… что Вы хотите от меня? – спросила она наконец. – Вспомните, у меня нет сейчас большого влияния в Правительстве Сопротивления. Конечно же его будет не достаточно, чтобы восстановить вас на вашем прежнем посту.
      – Я пришла не за этим, – таков был ответ. – Я… вполне счастлива на своем нынешнем месте. Нет, я пришла сюда просто, чтобы увидеть вас. Узнать, как ваши дела.
      Сьюзен издала сардонический смешок, о котором она немедленно пожалела из-за боли в горле. – Ох, отлично. Отлично.
      Такашима подошла ближе к Сьюзен. – В этом не было никакой необходимости, – сказала она. – Верите вы этому или нет, есть люди, которые озабочены вашим состоянием, и волнуются о вас. Я пришла, чтобы увидеть, могу ли я чем-нибудь помочь.
      – Генерал… – начала Сьюзен. – Мы едва ли обменялись и пятью словами перед моим… несчастным случаем и вашей… болезнью. Почему вы так беспокоитесь обо мне?
      – Это произошло, когда я увидела вас в коме. Я поняла, что… никто не должен испытать такое.
      Сьюзен двинулась к другому концу комнаты. – Со мной бывало и похуже, – пробормотала она.
      – Не хотите выпить?
      – Вода вполне меня устроит.
      – Тогда я надеюсь, вы не будете возражать, если я выпью водки. Было тяжело сохранить ее в эти дни, но в моем… прежнем положении я имела некоторое влияние. И я сумела сохранить бутылку или две. – Она начала разливать напитки.
      – Вы много пьете?
      – Только, чтобы держать подальше волка. – Такашима явно была в недоумении. – Русская народная сказка. Из тех, что рассказал мне отец. Мой… конкретный волк… – это сны, они приходят… всегда в одно и то же время каждую ночь. Иногда… они настолько плохи, я предпочитаю не спать, но доктора говорят, что я должна спать.
      Мягко: «Какие сны?»
      – Вы когда-нибудь ловили себя на самом вашем ужасном кошмаре, только для того чтобы проснуться и понять, что это не было кошмаром вообще? Когда все, чего вы боитесь, в действительности скрывается под вашей кроватью?
      Такашима покачала головой.
      – Это то, что мне снится. Вы знаете, вы – единственный человек кроме врача, который навестил меня с тех пор как я… больна?
      – Я так и думала, – пробормотала Такашима. – Я… так и думала.

* * *

      Минбарский корабль содрогнулся от направленного на него орудийного огня. Изящно, почти красиво он восстановил баланс и с почти поэтическим изяществом напал на «Вавилон».
      – Состояние! – пролаял капитан Смит.
      – Все идет по плану, – ответил лейтенант Франклин, занимавший свою обычную позицию у рулевого управления. Один из наиболее преданных членов экипажа «Вавилона». – Мы легко поражаем их, но низкоэнергетический огонь, который должен был разрушить их оружейные системы, не действует. Я не знаю почему.
      – Необходимо небольшое изменение, – пробормотал Смит.
      – Маневр уклонения. Обходите их по кругу и обстреливайте орудиями правого борта.
      Корабль содрогнулся, но Смит сумел удержать равновесие. Это был скользящий удар. Похоже, защитная сетка либо средства радиоэлектронного противодействия работали лучше, чем ожидалось.
      – Двигатели на прицеле, – отозвался Франклин. – Передние батареи…
      Минбарец с непостижимой скоростью уклонился от их мощного залпа. Энергетический луч ударил, разрывая борт «Вавилона».
      – Передние батареи не действуют, – сказал Франклин. – Я не знаю, что там происходит…
      – Перегрузка, – сказал Смит. – Заблокируйте отсек, и прикажите расчетам эвакуироваться.
      Он смотрел вперед и, казалось, физически чувствовал несущийся на них корабль.
      Этого не было в плане…

* * *

      – Все прошло удачно, как вы думаете?
      – Я надеюсь, – пробормотал Уэллс в ответ. Кларк пристально посмотрел на него. Он никогда не знал, о чем думает Уэллс, и это его волновало. Позади него молча стоял посол Шеридан.
      Конечно все идет хорошо, – растягивая слова начал Кларк. – Исоги согласился с нашими торговыми предложениями, Сакай сообщит об этом своим боссам, и они, несомненно, обеспечат нам необходимое финансирование, и Райен проявляет себя даже лучшим военачальником, чем его предшественник.
      – Генерал, Райен ничего не сказал во время встречи, – заметил Уэллс.
      – Точно, но не говорите мне, что вы не видели, насколько дискомфортно он себя чувствовал. Честный человек среди политиков, но он пытается скрыть это. Да, я думаю, что он преуспеет.
      – С другой стороны, – отметил Уэллс, – Сакай и Исоги обсуждали друг с другом некоторые интересные моменты. Вы пытаетесь убедить их, что мы снова выходим на торную дорогу. Нам необходима прибыль от их корпораций, если мы собираемся развернуться, и при этом у нас нет ничего, чтобы дать им. Однако у нас нет никаких доказательств, что мы все-таки можем нанести поражение минбарцам, и они все еще беспокоятся из-за… отъезда капитана Шеридана. – Случайная оговорка, или это было сделано намеренно? С Уэллсом вы никогда не можете быть уверенным. Кларку показалось, что при упоминании о сыне глаза посла Шеридана потемнели.
      – У нас нет никаких доказательств, что мы можем выиграть эту войну, а они помнят Орион.
      – Мы все помним Орион, мистер Уэллс.
      – Я знаю, но у нас нет никаких видимых признаков роста, экономического или политического улучшения. Ограничения военного положения все еще в силе, Сенат все еще распущен, мы все еще издаем рекомендации по общественному благосостоянию…
      – Мы все еще в состоянии войны, мистер Уэллс. Почему мы должны отказываться от необходимых в это время средств?
      – Мы не должны. Только дурак сделал бы это, но факт в том, что мегакорпорации или их остатки хотят стабильности, а все эти атрибуты являются признаком не знания, откуда будет получена следующая порция еды или прольется ли с неба дождь в следующую секунду.
      – Я думал, что война это благо для бизнеса?
      – Так что они говорят… но это не война. Это борьба за выживание. Предпринимателям нужны доказательства, что мы оставили в прошлом голод, опасность, угрозу поражения… только тогда они дадут нам то, в чем мы действительно нуждаемся.
      – Они получат это доказательство достаточно скоро, мистер Уэллс. Вы видите, война хороша для бизнеса, но только пока вы побеждаете. Капитан Смит, новые корабли, наши союзники… мы собираемся побеждать.
      – У нас мало времени. В любом случае. Смертельно мало времени. Если мы не победим…
      – Вы еще и в экономике разбираетесь, мистер Уэллс? – заметил посол Шеридан. Кларк оторопел, и даже Уэллс заморгал. – Я и не знал, что у вас так много талантов.
      – Просто… рассматриваю все варианты, Посол.
      – Так или иначе, мы благодарим вас за ваше беспокойство, мистер Уэллс, – сказал Кларк. – Я не сомневаюсь, что у вас сейчас много работы…
      Уэллсу почудился призрак отставки, когда он это услышал. Он наклонил голову в знаке уважения и затем ушел. Кларк подождал, пока не убедился, что Уэллс ушел и затем обратился к послу Шеридану.
      – Я думаю, вы только нажили себе врага.
      – Мой Враг – это враг всего человечества, – беззаботно ответил Шеридан. – Я надеюсь, что мистер Уэллс не позволил бы… столкнуться своим личным интересам с общественным благом.
      – Конечно же нет, – улыбнулся Кларк. – Что касается общественного блага… многое из того, что он сказал, правда. Нам необходимо доказательство того, что мы можем победить. В данный момент капитана Смита и «Вавилона» должно быть достаточно, но что если они не справятся? Победа не обязательно должна быть исключительно нашей собственной. Если ваши союзники могут предоставить нам некоторую помощь… скажем, захватить минбарский крейсер, который мы сможем потом приписать нашим собственным кораблям…
      – Ну и ну… Мы даем вам весь мир, а вы просите еще кусочек. Мы дали вам союз с расами, более древними и мощными, чем почти все, кто может выступить против вас. Мы дали вам технологии, чтобы восстановить ваши корабли и войска. Мы дали вам победу, и надежду, и шанс на дальнейшую жизнь… Мы дали вам все это, а вы просите еще больше.
      – Я же только спросил… ваша помощь на Втором Рубеже была открытой, прямо таки агрессивной. Да, при этом открылись… неожиданные возможности, повороты, но вы не выказывали никаких опасений. Почему же вы так… осторожны теперь?
      – Второй Рубеж был особым случаем, как вы знаете…
      – Это из-за ворлонцев?
      – Что? – Это слово было произнесено тихо, мягко, почти шепотом, но оно таило в себе больше угрозы, чем Кларк когда-либо слышал.
      – Их появление было… одним из тех неожиданных поворотов, о которых я упомянул. К счастью об этом мало кому известно. Я сомневаюсь, знает ли даже мистер Уэллс об их присутствии, хотя все возможно. Весь офицерский состав, кто видел ворлонские корабли, отчитывались непосредственно передо мной, и всем им было приказано помалкивать.
      – И что из этого?
      – Ворлонцы и есть та причина, почему вы настолько осторожны?
      Посол Шеридан, казалось, о чем-то спорил сам с собой. – В некоторой степени, да. Ворлонцы почти так же стары как наши союзники и почти так же сильны. Они враждуют с нашими союзниками в течение тысячелетий. К счастью интересы ворлонцев не пересекаются с вашими. Но они могли бы осложнить жизнь нашим союзникам, если мы будем действовать слишком открыто. Дайте нам время, и мы восстановим наши силы настолько, чтобы уничтожить их…
      – Кроме того, есть и другие причины. Есть такое изречение, если мы дадим вам рыбу сегодня, вы хорошо поедите сегодня вечером; но если мы научим вас ловить рыбу, вы будете хорошо есть каждый день.
      Кларк улыбнулся. – Не стоит и пытаться переговорить дипломата. Спасибо, посол. Вы полностью меня успокоили.
      – Я очень рад.
      После того, как посол удалился, Кларк облокотился на стол и задумался. Уэллс и Шеридан. Ни один из них не вел себя в соответствии со своим положением, и ни один из них не сказал ему что-нибудь достаточно близкое к правде. Они оба думали о нем как о ком-то, кого можно игнорировать.
      Хорошо же, со временем никто не сможет его игнорировать. Вообще никто.
      И чужой голос в его сознании сказал то же самое.

* * *

      – Сделайте маневр уклонения! Сделайте хоть что-нибудь! – Смит смотрел не на тактические дисплеи перед собой, а прямо вперед, сквозь сталь, пластик и космос… пристально смотрел на минбарский корабль, направляющийся прямо на него.
      Враг. Они были врагами, и если он хочет когда-либо стать чем-то большим чем, он был сейчас, если он хочет когда-нибудь реализовать свои амбиции, цели, что он ставил перед собой всю свою жизнь, то он должен победить здесь. Это было его самое большое испытание.
      Корабль содрогнулся, но Смит устоял на ногах. Он не сдвинется с места. Он ни за что не упадет. Враг был там, прямо перед ним, в пределах его досягаемости…
      – Носовые батареи готовы, сэр! – крикнул Франклин. Смит подскочил.
      Передние орудия «Вавилона» поспешно открыли огонь по минбарскому кораблю. Смит почти мог это видеть, ясная и точная картинка стояла перед его глазами.
      Он мог бы видеть, как тот гибнет.
      – Я думаю, мы повредили их двигатели, сэр. Он… – Франклин сел. – Он взорвался.
      Смит знал это, даже не видя. Он каким-то образом чувствовал, их смерть.
      – Это начало, – прошептал он. – Новое начало. – Смит не знал, радоваться ему или пугаться. Он чувствовал, любой выбор будет неправильным.

* * *

      Чудовище на троне.
      Мистер Уэллс вошел в святая святых своего офиса и сел на свой трон, в свое кресло. Было тихо, тихо как в могиле. Все обзорные экраны вокруг были включены, передавая изображение со всех камер, установленных вокруг Главного Купола. Также иногда его подчиненные передавали сообщения из других куполов. Их полные эмоций изображения были беззвучны; все они только марионетки, танцующие на невидимых нитях.
      Уэллс откинулся на спинку, сложив руки на груди. Кларк… то, что делал Кларк, было опасно. Он не опасен сам по себе, а вот посол Шеридан. Уэллс задал Кларку те вопросы, чтобы привлечь его внимание. Полученный ответ его не порадовал.
      Чудовище не на троне, а за ним.
      Уэллс давно испытывал сомнения относительно новых союзников человечества. Посол Иванова была виновна в некоторых… неувязках, и Уэллс многое знал о смерти Маркуса Коула. Не все, но он сумел идентифицировать Иванову как его убийцу. Это было довольно просто.
      Она была конечно защищена от любой формы судебного преследования. Она не только пользовалась дипломатическим иммунитетом, но и плодами чрезвычайного положения, предоставлявшего полную свободу от судебного преследования любому, кто представлял особую ценность для человечества. Люди, подобные мисс Донн, высокопоставленному телепату, прямо обвинявшейся в серийных убийствах. Люди, подобные директорам Межпланетных Экспедиций, что были виновны косвенно; кто знает, сколько было смертей, пока они просто добывали деньги. Люди, подобные, скажем, президенту, отравившему своего предшественника.
      Недостаток знания – опасная вещь. Большие знания еще более опасны.
      Уэллс жил только для понимания, только для порядка. Он не находил их. Ни на Земле, ни на Орионе, и ни здесь.
      Чудовище в тронном зале.
      Он обдумывал, вступать ли в контакт с Г'Каром. Он в течение некоторого времени отслеживал продвижение этого нарна. Это было… по меньшей мере интересно, он никогда не встречал его лично, но все еще может быть. Он был опасен, даже если был один.
      Опасность была повсюду.
      Мы – все чудовища.
      Уэллс сидел в одиночестве, в тишине.

* * *

      Смит не нуждался в дополнительных подробностях. Он уже узнал почти все, что нужно.
      – Большинство наших систем было перегружено, – сообщил Франклин. – Особенно оружие. Силовые кабели продолжают выходить из строя. Очевидно нагрузка оказалась для них слишком велика.
      План сработал прекрасно. Мы уже двигаемся в нужном направлении; так или иначе, но мы смогли достаточно легко справиться с минбарцем. Так, как, если бы это был земной корабль. И даже лучше.
      – Импульсные орудия, которые, как предполагалось, должны были вывести из строя их прыжковые двигатели и оружейные системы, не сработали. Инженеры выявили проблему – дефект в электронных реле, но они не знают, как это исправить. Некоторые технологии не слишком хорошо вяжутся друг с другом.
      – Как система постановки помех? – спросил Смит. – У них не было возможности отправить сообщение на Минбар?
      – Нет. Ни единого шанса. Постановщики помех работали идеально.
      Хорошо… конечно не безукоризненно, но у нас получилось. Президент будет недоволен, что мы уничтожили корабль, а не захватили его, тем не менее… это работает, как мы и рассчитывали.
      – Как работают ремонтные бригады?
      – Им понадобится еще двадцать минут или около того, чтобы устранить неисправности на борту.
      Смит быстро произвел несколько вычислений.
      – Это оставляет нам достаточно времени прежде, чем какой-либо корабль пройдет здесь. Хорошо. Но убедитесь, что ремонт выполняется так быстро, как это возможно.
      Он встал.
      – Думаю, я должен сообщить Президенту.

[Часть 2]


Редактор: Витек
 
Ваши замечания по данному материалу просьба присылать в
редакцию
 
Последнее изменение: 12 мая 2002 г.
Rambler's Top100