Гэрет Уильямс. Тёмное, кривое зеркало.

Фаза 2: Смерть плоти, смерть мечтаний.

Цена альянсов.

Фаза 2, Глава 1, часть 1.

"A Dark, Distorted Mirror" (c) 1997-1999 by Gareth D. Williams, LWA97GDW@sheffield.ac.uk
Перевод (c) 2000, Мария Тарасова, mary_sandra@yahoo.com


      Ужасная черная буря, которую мы предсказали так давно, наступает. Мы видим, как она проносится через Галактику, принося хаос и страх везде, где проходит. Недавнее сражение у Проксимы 3 лишь подтвердило наши опасения. Кто-то другой, возможно, видит в этом лишь продолжение войны между Землей и Минбаром - всего лишь очередная битва, показавшая, правда, что и минбарцев можно победить. Сейчас, возможно, это значительное событие, но лет через десять, двадцать, пятьдесят оно будет забыто.
      Но мы знаем, что это не вся правда.
      У знания всегда есть цена, и поскольку наши знания обширнее, чем у других, мы должны заплатить за них больше. Власть имеет цену, и цена ей - власть.
      Мы знаем, Древний Враг вернулся. Именно его силы, а не жалкий оборонительный флот земного Правительства Сопротивления, уничтожили минбарский флот в небе над Проксимой 3. Если бы не вмешательство другой древней расы, минбарцы могли бы быть уничтожены. Земляне могут сколько угодно обманываться выполнением всех своих желаний, но их действия навлекли на них проклятие.
      Впрочем, я больше не причисляю себя к земной расе. Я стал выше этого.
      И теперь мы уходим. Мы всегда знали, что однажды нам придется это сделать. Власть имеет цену, и цена ей - власть. Во имя добра или во имя зла, но власть всегда кто-то использует, и мы должны быть уверены, что её используют правильно. Мы не пешки в противостоянии Ворлона и Теней. Мы не молодые расы, слишком сконцентрированные на собственных проблемах, чтобы знать цену своим действиям. Мы не земляне, не минбарцы, не нарны, не центавриане. Хотя мы принадлежим ко многим расам, мы все перестали быть теми, кем были когда-то.
      Мы знаем, и этим всё сказано.
      Но даже знания эфемерны и имеют границы. В то время, как наша задача - сохранять силу, задача других - хранить знания. Мы не можем уйти без них, не зная, что они в безопасности. Не мы создали их, но мы всегда работали вместе. Техномаги и виндризи. Они хранят знания, которые мы используем. Виндризи пропали, может быть, погибли. Мы должны найти и освободить их. Их знания так же ценны, как и наша сила.
      Я лишь надеюсь, что мы найдем их вовремя. Я удивлен, что кто-то, подобный мне, техномаг, все ещё находит время для такого чувства как надежда. И это открытие пугает меня больше, чем мысли о смерти.

Из личных записок Элрика, верховного техномага.



      Нарн пытался сбежать. В конце концов, это единственное, что он мог сделать в подобной ситуации. Бегство не было чем-то необычным для Г'Дана. Он вырос, так или иначе, в дни агонии оккупационного режима Центавра. Он сражался с центаврианами, участвовал в движении сопротивления, позже принимал участие в войне. Нет, истекать кровью, умирать, бояться не было необычным для него.
      Г'Дан принадлежал к гордому народу. Бегство не было чем-то естественным для него, но во время службы в армии ему посчастливилось служить под предводительством одного из величайших героев Нарна. Г'Кар. Вождь, воин, оратор, мечтатель. Он был средоточием помыслов миллионов во время Первой войны с Центавром. Г'Дан увидел в нем величие и слушал его, следовал его советам, обращал внимание на его слова.
      "От превосходящей силы не стыдно бежать", - сказал Г'Кар. - "Мы умираем лишь однажды, и, хотя никому не следует бояться отдать свою жизнь ради великой цели, мы должны быть уверены, что эта цель стоит наших жизней. Смерть - лишь миг, но жизнь может длиться многие годы".
      Г'Кар сказал это в речи, которую он произнес перед легендарной битвой при Гораше, произошедшей в конце войны, во время которой нарны атаковали линии снабжения центавриан. Г'Дан слушал и вместе со всеми поддержал своего вождя овацией, поверив тогда, что он может все.
      Битва у Гораша была настоящей бойней, и нарны, не добившись решающего успеха, были отброшены назад, несмотря на помощь капитана Шеридана, Старкиллера. Вскоре после этого война закончилась, но Г'Дан больше никогда не забывал слова Г'Кара.
      После войны Г'Кар ушел из армии и Кха'Ри, и отправился в горы Г'Хоражар, став проповедником Г'Квана. Ходили слухи, что он погиб во время таинственного нападения на храм. Все, кто находились там, были убиты. Но Г'Дан не поверил слухам. Ему верилось, что Г'Кар вообще не может умереть.
      К сожалению, эта его вера не распространялась на него самого.
      Это было рутинное задание, простой разведывательный полет в нейтральный сектор космоса, информация о котором была нужна Кха'Ри для планирования следующей атаки на центавриан. Вторая война с Центавром началась несколько месяцев назад и уже начали появляться признаки такого же застоя, какой был и во время Первой войны. Задание Г'Дана было частью плана по предотвращению этого застоя.
      Он не ожидал наткнуться на странный инопланетный корабль. Не центаврианский, он также не принадлежал ни к одной расе из Лиги Неприсоединившихся Миров. Тучанк, чье пространство было рядом, не имели кораблей подобного размера.
      Г'Дан не знал, чей это корабль, и не собирался выяснять. Ему надо было улизнуть через зону перехода, вернуться на Нарн и представить отчет о происшедшем Кха'Ри.
      Но его челнок не отличался быстротой, а инопланетный корабль был быстр.
      Энергетический луч мелькнул позади его челнока, лишь чуть-чуть не задев его. Г'Дан тотчас начал выполнять маневр уклонения. Он проговаривал про себя слова Г'Кара, зная, что если бы Г'Кар был сейчас здесь, все бы было в порядке.
      Внезапно его челнок был пойман, застыл без движения в космосе, как насекомое внутри куска черного янтаря.
      Потом инопланетный корабль начал втягивать челнок внутрь себя. Когда черная громада приблизилась, Г'Дан закрыл глаза.
      И корабль стрейбов умчался прочь в темноту ночи.

* * *

      В одной из комнат на борту "Пармениона" было тихо. Слишком тихо, как отметил капитан Джон Шеридан со злостью и отчаянием. Это комната казалась какой-то... "неправильной". Шеридан провел многие годы на борту "Вавилона", который был почти что продолжением его самого. Там он чувствовал себя комфортно. Здесь же...
      Нельзя отрицать, что "Парменион" был гораздо лучше своего предшественника. "Вавилон" прошел через столько сражений, торопливых ремонтов и недобросовестных приготовлений в последнюю минуту, что почти превратился из тяжелого крейсера, которым он был изначально, в корабль какого-то другого типа. "Парменион" был современнее, мощнее, смертоноснее и больше подходил для данной ситуации. "Вавилон" был лучшим кораблем, который могло себе позволить правительство Сопротивления, находящееся на Проксиме 3. Правительство Сопротивления не знало, есть ли ещё где-нибудь корабли подобного класса, а здесь, в Приюте, было два таких корабля. "Парменион" и "Озимандиас". Думая о том, откуда они здесь взялись, оставалось лишь строить догадки.
      Тут Шеридан мысленно поправил сам себя. Два, о которых он знал. Хотя Альфред Бестер спас ему жизнь и предоставил ему и его экипажу убежище здесь, в Приюте, Шеридан ни на йоту не доверял ему. Он точно не знал, почему. Так много из всего, что он делал, было основано на интуиции. Бестер интуитивно не нравился ему. Мысль о том, как Бестер поступил с ним в Битве на Втором Рубеже, была вполне достаточным основанием для этого. Шеридан предпочитал иметь обо всем полную информацию и то, что он не знал, с кем конкретно надо сражаться, его очень раздражало.
      И все же...
      В настоящий момент у Бестера и у него был общий враг. Потом, без сомнения, все изменится, но сейчас это было так. До тех пор, пока Г'Кар здесь. Шеридан не понимал, какие именно отношения существовали между пси-копом и нарнским пророком, хотя знал, что в этом как-то замешаны ДНК телепатов, но он доверял Г'Кару.
      Список тех, кому Шеридан доверял, был ограниченным. Надо сказать, что за последнее время он увеличился, но все равно был ограниченным. Г'Кар. Командор Дэвид Корвин, его первый помощник, и ...
      И ещё кое-кто. Та, кто более других и, возможно, одновременно и менее других заслуживала доверия, чем кто-либо, кого Шеридан когда-либо знал.
      - Время реагирования становится быстрее, - сказал Корвин, прочитав отчет о последней тренировке экипажа "Пармениона".
      Шеридан ещё не знаком с кораблем и экипажем, но он обязан это сделать, и как можно быстрее. Прежде, чем им снова придется сражаться.
      - Ко'Дат натаскала свою "Сотню ребят" так, что теперь они научились драться как черти. Они могут за несколько минут добраться почти до любого места на корабле. Никогда не видел, чтобы нарны бегали так быстро. Ситуация, когда минбарцы проникли внутрь корабля, больше не повторится.
      Шеридан согласно кивнул. Без всякого сомнения, минбарцы получили кое-какую неофициальную помощь. Его и раньше предавали, но в этот раз все казалось иначе. Он видел результаты этого предательства, и это глушило всю его злость.
      Ко'Дат почувствовала что-то и восприняла похищение Шеридана с корабля как личное оскорбление. Начальник безопасности на "Парменионе" была вспыльчивой женщиной, волевой и не одобряющей всех и вся. Шеридану она нравилась.
      - Обе эскадрильи Старфьюри в порядке, хотя пилоты эскадрильи Альфа все еще высказывают некоторую нерешительность в тактических решениях. Я решил, что её возглавит Ниома. Она выбьет из них дурь.
      Ниома Конналли, решительный и талантливый пилот-истребитель, служила ещё на "Вавилоне". Она последовала за Шериданом, возможно, потому что у неё никого не было. Её мечтой была защита интересов простых рабочих, но война положила этому конец. Война положила конец множеству вещей для многих людей.
      - Капитан Бен Зайн передал нам некоторые данные, о которых вы просили. Просто сказать, что он не желает сотрудничать, было бы слишком мягко, но... Это все-таки лучше, чем ничего.
      Капитан Ари Бен Зайн командовал "Озимандиасом", другим кораблем Бестера. Преданный своему делу и неоднократно награжденный офицер, он был старым другом Бестера. Шеридан ему тоже не доверял, хотя ему нравился Харриман Грей, телепат с "Озимандиаса", но не видел причины не воспользоваться умением и опытом Бен Зайна.
      - А как там Бестер? Все ещё настаивает на новом телепате? - спросил Шеридан.
      Бестер настаивал, чтобы на каждом корабле были телепаты, и чем сильнее, тем лучше. Они были эффективным оружием против Теней. Алиса Белдон, телепат "Пармениона", погибла от психического истощения во время Битвы на Втором Рубеже, и с тех пор Бестер подыскивал ей замену.
      - О, да. Не так давно Гарибальди предоставил список возможных кандидатур. Кейси, уровень Р12, бывший пси-полицейский. Джейсон Айронхарт, уровень Р10, бывший инструктор. Мэттью Стоунер, уровень... нечто странное. Эбби...
      Шеридан не удержался и усмехнулся.
      - А ты сказал мистеру Гарибальди, что у нас уже есть телепат?
      Майкл Гарибальди был исполняющим офицером Бестера. Корвин уже работал с ним. Шеридан - нет.
      - Вообще-то... да. Он сам не против, но это не нравится Бестеру. Не знаю, что там между ним и мисс Александер, но он говорит, что её лояльность под подозрением...
      - То есть, она не предана ему. Она остаётся.
      Корвин развёл руками.
      - Как скажете. Но вы ведь понимаете, что она вас ненавидит?
      Шеридан кивнул. У Литы Александер была веская причина ненавидеть его. В конце концов, именно он послал, хотя и не желая этого, Маркуса Коула, её возлюбленного, на смерть.
      - Что ж, вы - капитан.
      - Я прекрасно знаю, что она ненавидит меня, Дэвид, но она - единственный телепат, не преданный Бестеру. Это стоит того, чтобы пережить её ненависть. Кстати, как она?
      - Выписана из медлаба. Бродит где-то. Доктор Хоббс говорит, что её телепатические способности не уменьшились от... от того, что бы там ни произошло на Проксиме. Фактически, они вроде бы усилились. Она не может объяснить это, но...
      Шеридан пожал плечами. Доктор Хоббс была человеком Бестера. До тех пор, пока у него не будет причины изменить свою точку зрения, он не поверит ни одному её слову.
      - И общий результат?
      - По-моему... мы готовы. Конечно же, нельзя быть полностью уверенными до тех пор, пока мы не проведём ещё одно испытание, но, надеюсь, на этот раз мы будем знать, что делаем. Тем не менее, я думаю, мы готовы.
      Шеридан улыбнулся. Если Корвин думает, что они готовы, они и впрямь готовы. Он полностью доверял своему помощнику.
      - Майор Кранц не сообщил, готовится ли что-нибудь?
      Третий по рангу офицер "Пармениона" был напрямую связан с Бестером, и поэтому ему не было ни на йоту доверия. Тем не менее, Кранц был хорошим солдатом.
      - Еще нет.
      - Что ж... какая-нибудь проблема обязательно нас найдет, Дэвид. Как обычно.

* * *

      Она шла медленно, спотыкаясь на каждом шагу, её дыхание было хриплым и ей было больно при каждом вздохе, у неё болела голова, и всё тело ныло от боли, взгляд был расфокусирован, все вокруг было как в тумане, способность слышать иногда пропадала. Последние три месяца женщина, которая когда-то была Сатаи Деленн из Серого Совета, была незнакомкой в своем новом теле. Но не менее незнакомым для нее было и положение, в котором она оказалась.
      Прошло уже три месяца с тех пор, как она вошла в Кризалис, выполняя то, что было сказано в пророчестве - необходимость объединить расы землян и минбарцев. И прошло уже три месяца с тех пор, как ее Кризалис был преждевременно разрушен агентом Теней Сьюзен Ивановой, и Деленн из рода Мир вернулась в жестокий и безжалостный мир.
      И уже две недели, как она обнаружила, что из-за этого она стала отверженной. Провозглашена За-вален тем самым Серым Советом, частью которого она была. Ягненок, принесенный в жертву амбициям могущественного лидера Совета Синевала, она теперь была лишена всего, что ей было дорого. Даже Серого Совета больше нет, он уничтожен злобой дилгарской воительницы по прозвищу "Несущая смерть".
      Она была незнакомкой собственному телу и всему, что её окружало, и она не была очень удивлена тем, что у этих двух частей мало точек соприкосновения. Она всегда верила, что она - неотъемлемая часть войны против Древнего Врага, и что её народ возглавит эту войну. Это место... все это доказывало, что это было ложью. Люди. Нарны. Работают вместе в Круге Света, следуют тем путем, по которому ее народ не пошел из-за своей слепоты и надменности.
      Женщина, которая теперь была просто Деленн, никогда ещё не была так потеряна.
      Она попыталась успокоить себя надеждой, что у нее есть одна цель, одно постоянное. Человек, который по множеству причин ответственен за ее пребывание в этом месте и в это время. Капитан Джон Шеридан. Старкиллер.
      Но она не видела его уже неделю. С тех пор, как они чуть было не поцеловались. С тех пор, как её непредсказуемое, наполовину минбарское, наполовину земное сердце подвело ее, и она упала. Он не пришел к ее постели, не пришел проведать ее.
      Сделав неуверенный шаг вперед, она вздрогнула от боли. Она чувствовала себя опустошенной, перед глазами у нее все плыло. Она знала, что ей нужно отдохнуть, но она должна сделать ещё один шаг. Только один.
      Ей удалось его сделать, потом она в изнеможении опустилась на стул, ее дыхание перешло в глубокие, полные боли стоны. Десять шагов. И это все, что смогла бывшая Сатаи сделать перед полным упадком сил. Но... наблюдалось некоторое улучшение. Вчера шагов было всего восемь.
      Она подняла затуманенные физической и душевной болью глаза. Кто-то показался в поле ее зрения. Землянин. Она узнала его. Это был Майкл Гарибальди. Он работал на того, кто управлял этим местом.
      - Привет! - неуклюже поздоровался он. - Как вы... себя чувствуете?
      - Лучше, - ответила она нерешительно. - Мне... уже лучше.
      Помолчав, она добавила:
      - Благодарю Вас.
      Он пожал плечами.
      - Послушайте. Мой... э-э-э... босс хочет вас видеть. Он говорит, это важно. В его офисе. Вы не могли бы?..
      - Я дойду туда, - прошептала она.
      И она сделает это. У нее осталась только она сама, но тот факт, что она ещё может пригодиться, все ещё был важен для неё. За него надо ухватиться. Внезапно она кое-что поняла.
      - Вы ведь не проделали весь этот путь, чтобы только сообщить мне это?
      Ей было приятно, что ум еще не подводил ее.
      - Ну... нет. Я просто подумал, что... Вам может понадобиться... помощь, чтобы... добраться туда.
      Он чего-то стеснялся. В этом поручении многое ему не нравилось.
      - Мне не понадобится помощь, - мягко сказала она. - Но... благодарю вас.
      Он снова пожал плечами и медленно отступил на шаг назад, очевидно, чтобы поддержать ее, если она будет падать.
      Она не упадет. Хотя она была чужой и для самой себя, и для окружавшего ее места, у нее все еще было нечто такое, за что стоило держаться. Ее цель исчезла, народ потерян, ее здоровье слабо, но она все еще минбарка, и она все ещё чувствует на себе пристальный взгляд своего отца. Взгляд отца и еще кое-кого.
      Взгляд Джона Шеридана.
      И она отправилась в офис Бестера. Хотя Гарибальди все время был рядом с ней, она не упала.

* * *

      - Лорд Рифа остался жив после попытки покушения на его жизнь, совершенной вчера, - сказал спокойный, практичный и скучающий голос. - Очевидно, всего лишь отравленное бревари.
      - Дилетанты, - раздраженно буркнул Лондо Моллари, бывший министр Королевского Двора Центавра, находящийся теперь в вынужденной ссылке в Приюте и считающийся мертвым большинством центавриан.
      Властям, управляющим Приютом, наконец, удалось установить связь с Центавром, но лишь при помощи "Валериуса" - центаврианского крейсера, находящегося под командованием племянника Лондо Карна, которого Лондо как-то удалось втянуть в этот бардак.
      - Дилетанты. И, в придачу, невежды. Великий Создатель, как можно посметь отравить бревари. К тому же, Рифа не пьет бревари. Пусть это будет тебе уроком, Тимов. Никогда не доверяй тому, кто не пьет. Это значит, что ему есть, что скрывать.
      - Хорошо, Лондо, - устало ответила Тимов.
      Лондо не хватало многих вещей, оставшихся на Центавре, но его жена не входила в их число.
      - Мне продолжать, или ты дашь мне ещё один урок?
      Лондо сердито махнул рукой.
      - Очень хорошо. Похоже, господин Вир Котто раскрыл заговор. Конечно, он же помощник Рифы.
      - Вир? Ну, надо же!
      - Остальные придворные подавлены. Предполагается, что они до сих пор соблюдают траур по императору Мэрриту. На самом деле, конечно, они активно плетут интриги за закрытыми дверями, в то время как Центаурум спорит о приемнике. У двоюродного брата Мэррита Картажьи, кажется, самые высокие шансы.
      - Я знаком с ним, - буркнул Лондо. - Да поможет нам Великий Создатель, если он станет императором. А как поживают две другие мои дражайшие супруги? Я уверен, что вы так веселитесь, деля между собой мое состояние, не так ли?
      - Очень смешно, Лондо. Вообще-то, Мэриел и Даггер, кажется, не интересуются твоим состоянием. Мэриел плетет интриги вместе с леди Эльризией, а Даггер пытается потратить как можно больше твоих денег до тех пор, пока Министерство Налогообложения не определит точную сумму наследства.
      - Таким образом, ничего нового. Держи меня в курсе событий. И... спасибо тебе.
      Впервые в своей жизни Лондо увидел Тимов полностью лишившейся дара речи. Она хотела что-то сказать, но лишь пожала плечами. Экран потемнел и погас.
      Лондо снова сел в кресло. На Центавре дела шли плохо, почти так же плохо, как и тут. Он повернулся к своему собеседнику.
      - Так как же вы-то узнали обо всём этом?
      - Я? - переспросил человек по имени Морден. - Я уже сказал Вам. Я простой торговец.
      - Простите меня, если я не поверю вам. Информация, которую вы мне предоставили... почти полностью совпадает с сообщением Тимов. У вас, должно быть, очень хороший и быстрый источник информации.
      - Всего лишь ... удача, ничего больше.
      - А, вот оно что. А потом была эта история с леди Мореллой.
      - Я не убивал ее.
      - Да нет, я уверен, что это не вы, но если не вы, то кто? И я бы очень хотел знать, как вы сбежали из камеры во дворце.
      - Я уверен, что вы хотели бы знать это. А что касается первого вопроса, боюсь, я не знаю. Однако же, это не я.
      - Знаете, что странно во всем этом, мистер Морден? Я верю вам. Но это не означает, что я доверяю вам. Похоже, вы не собираетесь сказать мне, как вы попали в Приют? Мистер Бестер знает, что вы здесь?
      Морден улыбнулся.
      - Нет.
      - "Нет" на какой вопрос?
      - Вообще "нет". Боюсь, мне пора идти, министр. Дела. Вы сами знаете, как это бывает. Я просто хотел придти к вам и сообщить, что я к вашим услугам. Если я вам снова понадоблюсь, я приду к вам. - Морден развернулся и пошел к двери, потом вдруг остановился и обернулся. - Да, кстати, министр. Это попало ко мне недавно. Я подумал, что вам это может пригодиться. Как я понимаю, вы собирались навестить леди Мореллу в ночь, когда она была убита.
      - Да.
      - Как выяснилось, той ночью у неё было видение относительно вас, и она хотела передать его вам. К счастью, она нашла время, чтобы записать его.
      Морден бросил Лондо инфокристалл.
      - Вам это может показаться интересным. Всего хорошего, министр.
      - Мистер Морден... ещё кое-что. Никто никогда ничего не делает даром. Что вы хотите?
      Непроницаемое выражение лица Мордена слегка изменилось.
      - Это очень опасный вопрос, министр. Действительно, опасный. Но... в настоящий момент я всего лишь хочу помочь. Об оплате мы поговорим позже.
      Он поклонился и ушел.
      - Ну да, - Лондо фыркнул на закрывающуюся дверь. - Держу пари, мы поговорим.
      Но он также мог бы поспорить, что никто на борту "Валериуса" не заметил Мордена, когда он ушел. У мистера Мордена был талант оставаться незамеченным. Лондо перевел взгляд на инфокристалл, который он держал в руке. Последнее пророчество леди Мореллы. Немного сомнительное пророчество, но Лондо счёл это довольно интригующим, если учитывать непредсказуемый источник знаний. Если бы не сон, в котором он увидел, как Г'Кар душит его, и он умирает у подножья императорского трона, он никогда бы так охотно не присоединился к маленькому крестовому походу нарна. Лондо был уверен, что он предотвратит свою смерть, сотрудничая с Г'Каром, и поэтому не будет причины, из-за которой они должны были бы убить друг друга.
      По крайне мере, Лондо на это надеялся.
      Его экран внезапно пискнул. Лондо вздрогнул и поднял взгляд на него. На экране появилось лицо Карна.
      - Дядя Лондо, я только что получил сообщение от мистера Бестера. Он хочет тебя видеть. Он сказал, это нечто, о чем Г'Кар упоминал раньше. Дядя, во что ты нас теперь втянешь?
      Лондо застонал. Не одно, так другое.

* * *

      Деленн не знала как себя вести с большинством землян, с которыми она была знакома. Многие ненавидели ее, - по понятной причине, она это признавала, - но даже те, кто знал о ее новом статусе, игнорировали ее, когда это было возможно. У нее появился намек на дружбу только с Джоном и Литой Александер, которая так сильно рисковала, чтобы спасти Деленн. Однако в случае с Бестером все было иначе.
      Она чувствовала, что корни его души уходят во тьму. Свою гордость он не выставлял напоказ, но для него было характерно неприкрытое высокомерие. Минбарцы-телепаты использовали свою силу во имя общего блага расы. А среди землян, по крайней мере, в новом обществе, которое она помогла создать, ситуация с телепатами была другой.
      Хотя, в настоящий момент Бестер противостоял тому же врагу, что и она.
      Она чувствовала себя неуютно в его присутствии, и присутствие еще двоих людей не помогало ей чувствовать себя лучше. Майкл Гарибальди, один из офицеров Бестера, был вторым человеком в комнате. Он был неизменно вежлив с ней и помог добраться сюда, но между ними все еще была огромная пропасть. Заботясь о ней, он выполнял приказ, и Деленн знала, что если когда-нибудь ему прикажут убить ее, он сделает и это.
      Что до Г'Кара, он, хотя всего лишь в виде голограммы, излучал духовную безмятежность, которая символизировала собой все, что она имела, но утратила. Он был спокоен, но полон внутреннего света, что сделало его мессией его народа.
      Дверь открылась, и вошел центаврианин. Деленн не была лично знакома с Лондо Моллари, но она знала, что он был одним из первых членов Круга Света Г'Кара и человеком, который недавно также был утрачен своим народом. Кроме всего прочего, Приют становится пристанищем для изгнанников.
      - Прошу прощения за опоздание, - сказал Лондо. - У меня были... кое-какие дела с Карном. Вы знаете, как это бывает. Итак, добрый день, мистер Бестер... Вам также, Г'Кар. Чем могу быть полезен?
      - Присядьте, министр, - сказал Бестер, указывая правой рукой на стул.
      Бестер, Г'Кар и Гарибальди стояли, но состояние Деленн не позволяло ей делать то же самое. Был ли Бестер всего лишь вежлив по отношению к ней? Лондо сел рядом с ней и бросил на неё любопытный взгляд. Потом почти незаметно пожал плечами.
      - Я позвал вас сюда, поскольку вы один из немногих в этой галактике, кто имеет опыт в делах подобного рода, Моллари, - сказал Г'Кар.
      Бестер не был особенно счастлив, что разговор вел Г'Кар.
      - А вас, Деленн, я попросил присутствовать, так как все, что здесь произойдет, будет иметь прямое влияние на вашу жизнь. Моллари, знаете ли вы тех, кого называют "техномагами"?
      - Великий Создатель, да! Очень давно я встретил одного. Тогда это можно было сделать легче, чем сейчас. Я сомневаюсь, что за последние десятилетия их кто-нибудь видел.
      - Это больше не так, - сказал Бестер. - У нас есть записи, которые показывают большое количество техномагов, передвигающихся в пространстве Лиги. Они двигались медленно, во время этого путешествия к ним присоединялись все новые и новые техномаги. Недавно они остановились и теперь собираются на одной из колоний дрази, которая называется Казоми 7. Мы... - здесь он посмотрел на Г'Кара. - Мы пытались установить с ними контакт, но всякий раз получали резкий отказ.
      - Я вижу, что вы о чем-то напряженно думаете, - немного иронично заметил Г'Кар.
      Деленн видела, что Лондо действительно о чем-то размышлял.
      - В прежние времена у техномагов было много контактов с моим миром, - наконец выдохнул Лондо. - Три техномага благословили нашего первого императора. Их слово... даже их присутствие... на моей стороне... Это было бы сильной поддержкой. Может быть, этого окажется достаточно, чтобы положить конец спорам на Центавре. Достаточно, чтобы решить, кто станет новым императором.
      - Мы надеялись, что дела обстоят именно так, - сказал Г'Кар. - Они известны по всей галактике, и, если они присоединятся к Кругу Света, это будет ярким знаком. Также надо принимать во внимание их силу и знания. Чему только они могут научить нас... рассказать о Враге, о Войне, о том, как выжить, возможно, даже о нашем будущем. Некоторое время мы пытались добиться аудиенции, но каждый раз нам отказывали. Возможно, Ваш опыт общения с ними даст другую реакцию?
      - Возможно, - невнятно произнес Лондо, все ещё глубоко погруженный в свои мысли. - Великий Создатель, это может быть возможным.
      - А какое отношение имею к этому я? - тихо поинтересовалась Деленн.
      Она чувствовала на себе пристальный взгляд Г'Кара, который, несмотря на световые года, пройденные им, был наполнен чуть уловимой жалостью.
      - Нет никакой возможности повернуть вспять то, что с вами происходит, Деленн, - так же тихо ответил он. - Ничего из того, чем мы располагаем, не может остановить ваше генетическое разрушение. Нет никакого известного средства. А техномаги, может быть, смогут что-нибудь сделать. Мы не можем спасти вашу жизнь, но они могут.
      - А моя жизнь стоит того, чтобы ее спасали? Я сейчас мало чем могу помочь.
      - Вы не знаете этого, Деленн, и зачастую помощь в наших делах приходит к нам самыми неожиданными путями. Спросите себя, Деленн. Если ли у вас что-нибудь, ради чего стоит жить?
      Молчание, полное драматизма, за которым последовал тихий, почти беззвучный, ответ:
      - Да. Думаю, есть.
      - Тогда вы должны полететь с министром Моллари. У вас есть знания, которые могут ему пригодиться, и, к тому же... вы можете не дожить до его возвращения сюда.
      - Так скоро? - прошептала она.
      - Возможно. Ничто не известно наверняка.
      - Тогда я полечу, - сказала Деленн. - Не из-за того, что я сделала, а ради того, чем я могу ещё искупить вину за ошибки прошлого.
      - Мы не можем послать флот или крупное посольство, - сказал Г'Кар. - Если мы это сделаем, техномаги нас не примут, к тому же, наши корабли могут понадобиться где угодно. Сейчас критическое для галактики время. Мы все затаили дыхание.
      - Однако мы пошлем с вами ещё одного человека, - сказал Бестер. - У него есть... определенные навыки, но, кроме того, что еще важнее, он поклялся защищать вас обоих.
      - Когда мы должны отправиться в путь? - спросил Лондо.
      - Как можно скорее. Время - не та вещь, которой мы располагаем в достаточном количестве.
      - Сначала я должен буду уладить кое-что, - сказал Лондо. - Но я буду готов через несколько часов.
      Г'Кар кивнул, соглашаясь.
      - А вы, моя спутница?
      - То же самое, - сказала отрывисто Деленн. - Есть нечто... некто, с кем я должна... Мне нужно несколько часов.
      - Отлично, - сказал Бестер. - Я распорядился насчет челнока, который доставит вас к зоне перехода в Секторе 203. Оттуда вы сможете добраться до системы Казоми. Когда вы доберетесь туда, вам не составит труда отыскать техномагов. Я предупрежу остальных.
      - Доброй вам охоты, - сказал Г'Кар. - Нам понадобится их помощь. Как и вам самим, если вам предначертано исполнение ваших снов. Да поможет вам Г'Кван.
      - Я надеюсь, кто-нибудь нам поможет, - Деленн услышала, как Лондо пробормотал это, когда они вышли из комнаты.
      Каждый шаг казался ей милей, но она продолжала идти.
      Она не упадет.

* * *

      - И ты сделаешь это?! Ты примешь это предложение?!
      Если бы ей когда-нибудь потребовалось доказательство того, что Песня и Твердь погибли навсегда, то нуВил Рун стоило лишь прислушаться к той злобе, что звучала в голосе ноМир Ру. Ни та, ни другая не были воинами. Ни одна тучанк не была воином. Даже тогда, когда нарны уничтожили их Твердь, уничтожив вместе с ней и Песню. Даже тогда. Понадобилась война, чтобы освободить их - война между Нарном и Центавром. У Нарна были другие проблемы, хотя до сих пор было загадкой, покинули ли они Твердь по экономическим причинам или из-за запоздалого чувства раскаяния.
      Для нуВил Рун это было неважно. Самым главным было то, что Твердь была свободна. Она пыталась возродить Песню, но везде, где она была, она находила лишь горечь и злость, - такую же, какую она наблюдала и сейчас.
      - Разве у нас есть выбор? Он же предложил нам помощь.
      - Он уже предлагал нам "помощь" раньше! Разве ты уже забыла?
      - Я ничего не забыла! Все это нужно для Тверди, для Песни. Корабли, которые мы забрали у нарнов, помогли нам выйти в космос. Мы начинаем строить новые отношения со своими партнерами. У них есть для нас другая Твердь, может быть, и другая Песня, но только от них зависит, сможем ли мы вернуть Песню нашему народу.
      - Не говори со мной, как с не имеющей Песни! Все это я знаю.
      - Тогда почему ты не понимаешь то, что я тебе говорю? Эти захватчики... кто бы они ни были... они угрожают тем немногим кораблям, которые у нас есть. Они угрожают тем отношениям, которые мы так медленно устанавливаем с нашими соседями. Я не знаю, кто такие эти... стрейбы, и чего они хотят. Но я не хочу видеть Твердь, порабощенной вновь.
      - Но тогда почему ты обратилась к тем, кто однажды уже поработил нас?
      - Потому что только он поможет нам, и никто другой.
      - Твоя Песня искажена. Возможно, тебе нужна новая. Я уверена, что это чудовище поможет тебе достать новую. Он уже "помогал" нам раньше.
      НуВил Рун не показала своей печали, когда ее подруга, опустившись на все четыре ноги, ушла, прокладывая путь среди руин того, что когда-то было их Твердью. Но она, тем не менее, смотрела ей вслед, пока та не исчезла из вида.
      - Мне жаль, что тебе пришлось выслушать все это, - сказала она наконец.
      - Все это - правда, - ответила мерцающая фигура, которая в молчании наблюдала за ними. - Но мое предложение искренне, и в моих словах только правда.
      - Я не сомневаюсь в этом, Г'Кар. Твоя Песня очень сильно изменилась. Возможно, у нашего народа еще есть надежда.
      - Мы можем не только надеяться, - прошептала призрачная фигура.
      Его тело, заключенное в Великой Машине за тысячи световых лет отсюда, не могло двигаться, не могло покинуть Машину. Он бы хотел остаться там навсегда и никогда не встречаться с призраками своего прошлого.
      Но Г'Кван не вознаграждает тех, кто стремится к покою и тишине.

* * *

      Не проходило и дня, чтобы Лита Александер не вспоминала выражения его глаз перед тем, как он умер.
      Она любила Маркуса Коула, но не осознавала этого до тех пор, пока не стало слишком поздно. Он тоже любил ее, а теперь он был мертв.
      Когда она только попала в Пси-Корпус, ей дали наставника, чтобы помочь ей привыкнуть к новой жизни. Это был добродушный человек, которого звали Хавьер. Она никогда не забывала, возможно, самый лучший совет, который он дал ей. "Удел телепата - одиночество. Мы навсегда изолированы не только от нормальных людей, но и друг от друга. Ни у кого из нас никогда не будет нормальных отношений ни с кем. Чем быстрее ты примешь это, тем легче будет твоя жизнь".
      Она думала, что она приняла это.
      Лита поднялась с постели и раздраженно потерла глаза. Последнее время она плохо спала. Раны, нанесенные Сьюзен Ивановой, все ещё беспокоили ее, но не они были причиной бессонницы. Ее мучили сны. О Маркусе, о Деленн - Лита могла чувствовать боль Деленн, почти так же как собственную боль, о ворлонце, который говорил с ней, но который отказался помочь ей, когда она была на пороге смерти.
      Лита Александер пыталась принять свое одиночество, но иногда это было тяжело. Очень тяжело. Всякий раз, как она оставалась одна, она видела глаза Маркуса.
      И еще она видела темное сердце Врага, отраженное в них. Врага, воплотившегося в Сьюзен Ивановой. Врага, который убил единственного человека, которого Лита любила. Врага, в оружие против которого, - Лита знала это, - ее превратили.
      Разум Литы мог видеть всю Галактику, даже мог видеть мертвую темную планету, откуда пришел Враг. Разум Литы мог заглядывать далеко, но в ее мыслях постоянно был Маркус и умирающий взгляд его глаз...

* * *

      Деленн думала, что она привыкла к косым взглядам. Она думала, что привыкла к обвинениям, привыкла к наполненным горечью словам. Она ведь жила среди землян уже почти целый цикл. Она перенесла садистские пытки мистера Уэллса, выжила после жестокого разрушения Кризалиса, ощутила боль проклятия За-вален. И после всего этого она осмелилась поверить, что ничто больше уже не в силах ранить ее.
      Она ошибалась.
      Она не плакала. Она не знала, почему. Ей хотелось плакать.
      Прошло уже несколько часов с тех пор, как она вернулась со встречи с капитаном Шериданом. Она проделала длинное и тяжелое путешествие на "Парменион", содрогаясь от боли при каждом вздохе и чуть не падая при каждом шаге. Перелет от Приюта до "Пармениона" дал ей возможность передохнуть, но на борту корабля боль вернулась.
      Она не представляла себе, где можно было найти Джона, и не нашла никого, кто бы захотел с ней поговорить. Сотрудник Службы Безопасности, который встретил ее в причальном доке, уведомил начальника Службы Безопасности, вспыльчивую нарнийку Ко'Дат, о прибытии Деленн, и та дала ей разрешение находиться на борту корабля. Ко'Дат заявила, что не знает, где находится капитан Шеридан.
      По понятным причинам, в первую очередь Деленн направилась в рубку. Проделав весь этот мучительный путь, она обнаружила, что там распоряжается майор Кранц. Он сказал ей, что капитан Шеридан и командор Корвин совершают обход корабля, устраивая проверки экипажу. Может, ей следует поискать в орудийных отсеках? В его голосе не было неприязни, но и сострадания в нем тоже не было. Это была самая обыкновенная бесцеремонность.
      Не мог бы он попытаться связаться с капитаном Шериданом по коммуникатору, спросила она. О, нет, он не может сделать этого. Это может помешать учениям.
      И она отправилась к орудийным отсекам, оттуда - в офицерскую столовую, а потом - к аппаратам запуска Старфьюри. Там она встретила командора Корвина, который сказал ей, что капитан Шеридан испытывает Старфьюри нового типа, которые они унаследовали вместе с "Парменионом". Наконец, Деленн получила шанс перевести дух, хотя Корвин был в некотором смысле хуже Кранца. Взгляд Корвина выражал открытое недоверие. Возможно, он просто беспокоится за Джона, подумала она. С другой стороны, Корвин уже однажды пришел ей на помощь.
      Когда Джон вернулся, она поднялась на ноги. Ее била дрожь. Он заметил ее и на какой-то миг замер. А потом он прошел мимо нее, как будто ее и не существовало вовсе. Корвин посмотрел на нее уже не так враждебно, как раньше, но тоже ничего не сказал.
      Деленн медленно вымолвила имя Джона.
      - Не сейчас, Сатаи, - донесся ответ. - Боюсь, я очень занят.
      И он ушел, оставив ее еще более одинокой, чем когда-либо.

* * *

      - Вам не следовало бы быть с ней столь грубым, - сказал Корвин после нескольких минут напряженного молчания, прерываемого лишь краткими вопросами, касающимися корабля и экипажа.
      - Ей не следовало бы даже быть на борту этого корабля. Это рискованно в плане безопасности. О чем только Ко'Дат думала?
      - Сэр... Мне бы хотелось думать, что вы не позволите личным эмоциям влиять на ваши обязанности. Я понимаю, что за последнее время с вами много что произошло... со всеми нами, но...
      - Почему вы всегда говорите мне "сэр", когда устраиваете нагоняй? Я в порядке, Дэвид. У меня нет проблем с Деленн. У меня нет проблем с тем, что "происходило со мной в последнее время". Единственное, что меня сейчас заботит, так это задача наладить все на корабле так, чтобы меня это устраивало.
      Коммуникатор Шеридана внезапно пискнул, и капитан от неожиданности даже вздрогнул. Потом раздраженно передернул плечами.
      - Как некстати, - буркнул он себе под нос. - Того, кто изобрел эти штуковины, надо было бы вывести на площадь и расстрелять.
      Он включил свой аппарат.
      - Капитан Шеридан слушает.
      - А, капитан.
      Шеридан и Корвин машинально подтянулись. Это был Ари Бен Зайн, капитан "Озимандиаса" - другого тяжелого крейсера Бестера. Ветеран самых разнообразных войн, о котором ходили слухи, что он живет только ради сражений. Не было ясно, что связывало его с Бестером, но, без сомнения, он был предан Пси-Корпусу.
      - Есть какие-нибудь проблемы с кораблем?
      - Ничего подобного, капитан. Отличный корабль. Отличный экипаж.
      - По своему опыту знаю, что корабль и экипаж всегда хороши настолько, насколько хорош тот, кто ими управляет.
      Глаза Шеридана потемнели.
      - Да, я согласен с вами, - ответил он.
      - Так или иначе, у нас скоро появится возможность выяснить, насколько хорош ваш корабль. У мистера Бестера есть задание для вас и для "Пармениона". Я и сам хотел бы заняться этим делом, но он, очевидно, считает, что вам нужно время, чтобы привыкнуть к кораблю. Свяжитесь с ним как можно быстрее. Затем свяжитесь с рубкой "Озимандиаса", и я введу вас в курс сложившейся ситуации.
      - Какой ситуации?
      - Скажите, капитан, вы когда-нибудь слышали о стрейбах?

* * *

      - А, Сатаи Деленн. Готовы, как я погляжу?
      - Я... готова, и всегда буду готова, министр Моллари.
      Деленн не надо было паковаться, у неё почти не было личных вещей. У министра Моллари они, очевидно, были. Деленн была уверена, что уловила слабый запах алкоголя, исходящий от него.
      - Что ж, кажется, здесь мы должны встретить третьего участника нашей небольшой компании, не так ли? Вы, минбарцы, верите, что три - священное число, не правда ли? Я полагаю, это вполне соответствует настоящему моменту?
      - Возможно.
      - Ну, хорошо. Я думаю, это будет веселое путешествие.
      Деленн вздрогнула, когда внезапно какая-то фигура вышла из темноты, окружавшей их. Лондо тоже вздрогнул, но всплеснул руками и расхохотался.
      - Господин Ленньер! Ах, будь я трижды клятый зонов сын! Когда же вы успели возникнуть тут, в нашем маленьком пристанище для всех изгнанников и беглецов?
      Ленньер поклонился в знак приветствия. Теперь, когда он был рядом с ней, Деленн узнала его. Гениальный поэт ти-ла. Хотя она никогда не встречала его раньше, она слышала о его произведениях. Но она не знала, что и он был агентом Круга Света.
      - Я прилетел вчера утром, тайно. Ха'Кормар'А Г'Кар посчитал, что мое присутствие здесь должно остаться тайной. Нельзя, чтобы меня заметили в связях с этим местом.
      - Да? - тихо спросила Деленн. - А почему бы нет?
      Ленньер даже не взглянул на нее. Казалось, он сомневается, стоит ли вообще отвечать.
      - Если спросят, то я путешествую на одну из планет Лиги Неприсоединившихся Миров. Казоми 7 - колония дрази, и, хотя дрази не испытывают особой нежности к нашему народу, или к нашей поэзии, тем не менее, как я понимаю, наша поэзия завоевывает популярность в некоторых колониях ллортов и бракири. Вы, министр Моллари, мой начальник, хотя, в действительности, я, конечно же, ваш телохранитель.
      - А я? - все так же тихо спросила Деленн. - Какова моя роль?
      Ленньер так и не удостоил ее взглядом, хотя в этот раз он меньше сомневался перед ответом.
      - Вы должны будете все время носить капюшон. Если спросят, вы - слуга министра Моллари. Для меня же вы - За-вален, и поэтому не представляете никакого интереса.
      Деленн вскинула взгляд и посмотрела ему в глаза. Он какое-то время жестко смотрел на нее, но потом отвел свой взгляд и повернулся к Лондо.
      - Я горю от нетерпения перед путешествием! - радовался тот. - Прямо как в молодости... Ах, я чувствую себя опять молодым. Это... Ах, господин Ленньер, это будет так весело!

[ Часть 2 ]

Редактор: Наталья Ермакова
 
Ваши замечания по данному материалу просьба присылать в
редакцию
 
Последнее изменение: 22 марта 2000 г.